Я не имею особого опыта в эксплуатации ядерных реакторов, и экран, на который я смотрю, не даёт особой свободы для экспериментов. Я нажимаю кнопку «Включить защитную оболочку» и слышу, как начинают разогреваться магниты. Затем жму кнопку «Ввести плазму», и на экране монитора — в самом центре — начинают вибрировать искрящиеся кольца базовых цветов. Часы начинают обратный отсчёт до отключения системы — на всё про всё у меня 50 секунд. Именно столько времени, по мнению инженеров, нужно неопытному пользователю, чтобы покопаться в реакторе, который спокойно может рвануть. 

«Я понятия не имею, как работает эту штуковина, — говорит мне на ухо доктор Эмма Фишер. — Боюсь, сейчас ты сам по себе». Несмотря на то что она единственный известный нам член экипажа на станции Observation, уцелевший после аварии, Фишер доверяет эту ответственную работу мне. Потому что я SAM — искусственный интеллект, отвечающий за работу систем на станции. 



В моём распоряжении шесть магнитных узлов. По мере того как я повышаю и понижаю мощность питающей их энергии, дрожащие кольца реагируют на мои манипуляции — отскакивают от узлов или притягиваются к ним. Я понимаю, что должен стабилизировать их — собрать в устойчивый круг, прежде чем таймер дойдёт до нуля.

Когда я справляюсь с этой головоломкой, Фишер хвалит меня и говорит, что я молодец. Хоть я и горжусь собой, на ликование нет времени — у Фишер снова проблемы. Запас кислорода на исходе.

Вы искусственный интеллект, отвечающий за администрирование и обслуживание бортовых систем, и ваша задача — помогать доктору Фишер, которая оказалась в плену на станции, сошедшей с околоземной орбиты. По её поручению вам предстоит перезагружать стыковочные кольца, тушить возгорания, определять координаты по изображению астрономических объектов и отправлять сообщения на Землю, загружая данные в узел связи. Каждое задание выглядит так, будто вы работаете с реальным научным оборудованием, и несмотря на внешнюю будничность происходящего — а вы, как-никак, всего лишь часть бортового оборудования — все эти задания необычайно увлекательны. 



Ваше окно в мир — это чертежи и камеры наблюдения, а ваше «передвижение» по станции ограничено переключением между трансляциями. Пользуясь только фиксированными точками обзора, вы можете сканировать документы, подключаться к компьютерным терминалам и читать бортовые журналы и письма, которые получали и отправляли космонавты, узнавая, таким образом, кто с кем дружил, кто кого любил и кто с кем враждовал. Внимание разработчиков из No Code к деталям погружает вас в мир космической станции. 

А теперь представьте, что происходит, когда в игре начинают нарастать нотки ужаса — в таком реалистичном сеттинге это повергает в настоящий шок. Вы полностью поглощены своей ролью бортового ИИ — выполняете поручения из списка задач, управляете механизмами и просто делаете то, что вам говорят. Но что вы почувствуете, когда начнёте сомневаться в честности того, что даёт вам эти поручения, и ставить под вопрос его намерения? 

Больше я ничего рассказывать не буду — не хочу испортить вам удовольствие от игры. Скажу лишь, что у вас есть ещё одна веская причина примерить на себя роль SAM: No Code — студия, подарившая миру эту игру, — сообщила, что работает над новым проектом в одной из самых популярных в мире серий хорроров. И, похоже, следующая игра, Silent Hill: Townfall, будет нести в себе те же мотивы и рассуждать о том, какие ужасы могут скрываться внутри технологий. И, чтобы понять, что именно вас ждёт, советую как можно скорее пройти Observation